Четыре модуля MRAM по 1 ГБ заработали как энергонезависимая память x86-сервера через CXL. Стенд собрали Everspin и Wolley на сервере Supermicro с процессором AMD EPYC. Связка работает, но менять из-за неё закупку под 1С, виртуализацию или терминальный доступ рано.

Если сервер нужен в этом году, считай DRAM, NVMe и резервирование без MRAM. Поддержку CXL можно оставить как запас на будущее — при условии, что она не вынуждает покупать более дорогую платформу ради устройства без цены и срока поставки.

Что доказал стенд Everspin

MRAM хранит данные без питания, но процессор обращается к ней как к памяти, а не как к блочному накопителю. Связь обеспечивает CXL — интерфейс, через который процессор и внешнее устройство обмениваются данными с семантикой памяти.

На SNIA Developer Conference 2026 Everspin показала четыре модуля PERSYST DDR4 MRAM ёмкостью 1 ГБ каждый. Их установили на FPGA-карту AMD Alveo U250 с контроллером Wolley CXL 3.2. Карта подключалась к серверу Supermicro AS-1116CS-TN по PCIe Gen3 x8. В сервере стоял 32-ядерный AMD EPYC 9355. Состав стенда описали Everspin и отраслевое издание Blocks & Files.

Демонстрация подтвердила три свойства связки. Сервер читает и записывает данные в MRAM через CXL, обращается к ним на уровне кэш-линии и сохраняет их после перезагрузки или отключения питания. Для этого не нужна DRAM с батарейным питанием и не требуется заранее переносить содержимое памяти на SSD.

Но четыре гигабайта в стенде — не готовое расширение памяти для серийного сервера. Демонстрация не отвечает на закупочные вопросы: сколько будет стоить устройство, какую ёмкость получит один узел и с какими ОС оно пройдёт проверку совместимости.

«В 100 раз быстрее NAND» не означает ускорение 1С в 100 раз

Everspin заявляет скорость записи до 100 раз выше, чем у накопителей на NAND. Это число пришло из пресс-релиза самой компании, а не из независимого теста с опубликованной методикой.

В материалах нет модели SSD для сравнения, размера блока, глубины очереди, соотношения чтения и записи. Нет и результата рядом с DRAM. Поэтому число описывает заявление о стенде, но не позволяет рассчитать проведение документа в 1С, запуск виртуальной машины или окно резервного копирования.

Между запросом приложения и записью данных остаются процессор, DRAM, контроллер памяти, программный стек и накопители. Ускорение одного участка не сокращает всю операцию в той же пропорции. Если рабочая нагрузка упирается в производительность одного ядра, замена NAND на MRAM не уберёт это ограничение.

По той же причине нельзя брать стенд Everspin за основу новой конфигурации. Для обычной нагрузки сначала нужен расчёт процессора, памяти и NVMe на нескольких десятках баз 1С, а уже затем — проверка дополнительных уровней хранения.

MRAM полезна там, где данные нельзя терять между памятью и SSD

Everspin называет четыре сценария: сохранение состояния системы, энергонезависимый кэш ключ — значение, буферизацию записи и постоянный кэш. Их объединяет один риск: данные уже приняты системой, но ещё не попали на основное хранилище либо слишком долго восстанавливаются после сбоя.

MRAM сохраняет этот промежуточный слой без батареи. После потери питания системе не нужно поднимать всё состояние только из NAND. Для длительных вычислений это может сократить возврат к работе: приложение продолжит с сохранённой контрольной точки, а не с начала задания.

Другой сценарий — поток мелких записей. MRAM может принять его перед переносом на NAND и тем самым отделить задержку приложения от задержки накопителей. Но польза появится лишь там, где замеры подтвердят, что запись действительно ограничивает нагрузку. Само наличие базы данных или гипервизора этого не доказывает.

Для офисного узла с 1С и десятком виртуальных машин дополнительный уровень усложняет платформу. Пока нет измеренного выигрыша, этот слой нечем обосновать перед директором: ни сроком окупаемости, ни сокращением простоя, ни уменьшением числа накопителей.

До закупки не хватает восьми параметров

Everspin сообщает, что стенд готов к проверке на нагрузках клиентов. Формулировка важна: компания приглашает к пилоту, а не объявляет серийный модуль для заказа.

Для спецификации пока не хватает:

доступной ёмкости одного устройства;
цены модуля и контроллера;
ресурса записи;
потребляемой мощности;
списка поддерживаемых ОС и гипервизоров;
правил совместимости с серверами и прошивками;
результатов на прикладных нагрузках;
срока начала поставок.

Без этих данных MRAM нельзя сравнить даже с дополнительной DRAM или группой NVMe. Неясно, сколько стоит один сохранённый гигабайт, сколько слотов занимает узел и какой компонент станет единой точкой отказа.

Особенно осторожно относись к CXL как к причине заменить работающую платформу. Новый интерфейс сам по себе не закрывает нагрузку. Сначала проверь пределы памяти, дисков и совместимости, после которых сервер разумнее заменить. Если текущая машина ещё принимает нужный объём DRAM и NVMe, экспериментальный модуль не меняет решение.

Спецификация под задачу

Возьмём типовой сценарий закупки: сервер запускает 12 офисных виртуальных машин и одну 1С, хранит 2 ТБ активных данных, а простой на время замены блока питания неприемлем. Это допущение для расчёта, а не универсальная конфигурация.

Для памяти закладываем по 8 ГБ на 12 виртуальных машин, 64 ГБ на 1С и 16 ГБ гипервизору. Получается 176 ГБ. Добавляем 25% на кэш и рост: 176 × 1,25 = 220 ГБ. Ближайшая практичная ступень — 256 ГБ ECC RDIMM.

Процессор считаем отдельно. Двенадцать машин по 2 vCPU дают 24 vCPU. При принятой для этой смешанной нагрузки переподписке 3:1 им нужны 8 физических ядер. Ещё 8 ядер оставляем 1С и 4 — гипервизору и пикам. Получается 20 ядер; берём один процессор на 24 ядра с высокой частотой отдельных ядер. Если 1С загружает больше восьми рабочих потоков или виртуальные машины долго держат CPU выше 70%, переходи на 32 ядра.

Под 2 ТБ активных данных ставим четыре NVMe по 1,92 ТБ в RAID 10. Полезная ёмкость до учёта служебных расходов массива — 3,84 ТБ: половину занимает зеркало. Остаток нужен для роста базы, снимков и сохранения скорости при заполнении накопителей.

Итоговая спецификация:

один процессор на 24 ядра с упором на частоту ядра;
256 ГБ ECC RDIMM с незанятыми слотами для роста до 512 ГБ;
четыре NVMe по 1,92 ТБ в RAID 10;
отдельные накопители под загрузку гипервизора, если платформа это поддерживает;
два порта 10 Гбит/с для рабочих данных и переноса виртуальных машин;
два блока питания с горячей заменой;
корпус 2U минимум на восемь накопителей, чтобы четыре отсека остались под рост и резервирование;
CXL — только как свойство платформы, без MRAM-модуля в текущей смете.

Компромисс здесь прямой. RAID 10 и запас памяти повышают цену сейчас, зато их польза привязана к известной нагрузке. Плата за MRAM пока неизвестна, как и её результат на этих 13 рабочих системах.

Если у тебя 24 виртуальные машины с тем же профилем, их память удвоится с 96 до 192 ГБ. Общий расчёт станет 192 + 64 + 16 = 272 ГБ, а с запасом 25% — 340 ГБ. Тогда бери 384 или 512 ГБ в зависимости от доступной схемы модулей. MRAM этот объём DRAM не заменяет: стенд Everspin показывает отдельный энергонезависимый слой, а не равнозначную замену оперативной памяти.

Когда просить пилот Everspin

Для 1С, терминального сервера, файлового хранилища и обычной виртуализации покупай рассчитанную конфигурацию с DRAM и NVMe. Не добавляй MRAM в спецификацию, пока поставщик не назвал серийное устройство, цену и матрицу совместимости.

Пилот оправдан для сохранения большого состояния, постоянного кэша или интенсивной буферизации записи. Проверь на своей нагрузке четыре результата: задержку чтения и записи, пропускную способность, время восстановления после отключения питания и полную стоимость узла. Если выигрыш не сокращает простой или число NAND-накопителей в измеримых величинах, дополнительный слой тебе не нужен.